Федеральная Еврейская Национально-Культурная Автономия
Голосование
В настоящее время нет активных опросов.
ЕКЦРЕМКЕ-КлубРФХУ
Проекты » "Россия многонациональная" » Валериан Сергеевич Соколов
01.09.2014

Валериан Сергеевич Соколов

От будильника до олимпийской медали

Путь от прихода в юношескую секцию по боксу до золотой медали на Олимпиаде в Мехико Валериан Соколов прошел всего за шесть лет. Парень, родившийся в обычной чувашской деревне, хотел работать в автоколонне слесарем, а боксом пошел заниматься, чтобы научиться драться. А в итоге собрал коробку медалей, дослужился до полковника и прожил четыре года на Мадагаскаре.

Григорий Набережнов

    – Вы выиграли золотую олимпийскую медаль. А какая была первая награда?
    – Будильник. Здоровый такой, – улыбается Валериан Соколов. За шесть лет он дошел в боксе от будильника на местных соревнованиях в Чувашии до золотой медали на Олимпиаде в Мехико в 1968 году. «Да, шесть лет от начала занятий до золотой медали – это, конечно, короткий срок», – согласен Валериан Соколов.
    В секцию бокса он пришел в 16 лет, как и все мальчишки, чтобы научиться драться. «Во дворе же были ребята – и были постоянные разборки. Кто-то из них на бокс ходил, и мне тоже надо было научиться драться. Вот, полезли как-то за яблоками. А нас ребята молодые окружили, началась драка. Нам, конечно, тогда сильно досталось», – вспоминает он. Валериана в секцию брать не хотели. «Ты хиляк, мне надо покрепче», – отрезал тренер его с первой попытки. На вторую Валериан отправил своего знакомого – поговорить. «Все-все, у меня группа заполнена», – отказался снова тренер. В третий раз Валериан вновь пришел сам.
    – Чего тебе надо? – спросил тренер.
    – Заниматься хочу. Я же левша, – ответил Валериан.
    – Какой левша?
    – Ну, в боксе же левши преимущество имеют.
    – Какое преимущество? Голова должна работать! – грозно ответил тренер. Валериана сразу поставили на бой. Сняли с кого-то кеды, дали перчатки, поставили против парня, который уже занимался восемь месяцев. Валериан победил в поединке, так и остался в секции.

По деревне без седла
    Хотя путь к золотой медали у Валериана начался даже не с будильника, а с простой деревни Шихобылово в Чувашии.
    – Так вот, вы в 1946 году родились в небольшой деревеньке… – начинаю я.
    – Небольшой? – удивляется Валериан. – Да там 450 дворов было! – смеется. Родился в семье бухгалтера, у него было четверо братьев и сестер, мать рано умерла. Тогда отец попробовал перевезти семью в Чебоксары, но не вышло: «Ну а что бухгалтер, вытянет разве такую семью?» Всех детей отправили обратно к бабушке – жили в соседнем от нее доме. Там Валериан окончил семилетнюю школу и поступил в техникум.
    Деревня была чувашская. Собственно и сам Валериан по национальности – чуваш.
    – Но имя у вас и отчество, и фамилия – все русские.
    –  Так мы же православные тоже. От нашей деревни в четырех километрах стоит русская деревня. Как думаете, чем различаются?
    – ???
    – Ничем. По крайней мере, в советские годы. Есть, конечно, свои традиции. Сейчас вот они стараются снова возродить традиции – проводить культурные организации, петь песни чувашские, одежду традиционную носят.
    – А говорили на каком языке в детстве?
    – На русском дома всегда говорили. По-чувашски и я раньше говорил, но сейчас не могу. Вот издали недавно книгу про чувашских спортсменов на чувашском языке – я ее с трудом читаю.
    – У вас имя не Валерий, а Валериан. Национальный колорит?
    – Да нет. Я всю жизнь Валеркой был. Там другая история. Когда мама с отцом пошли меня крестить, то батюшка, конечно, спросил: «Как назовем?» Мать ответила: «Валеркой будет». Вроде так и записал, а потом выдали когда документы – Валериан написано. И в свидетельстве о рождении так же. Так и пошло оттуда.
    – Какое оно было, деревенское детство?
    – Да какое. Хорошее. В колхоз ходили – убирать свеклу, картошку. Я на лошади спокойно ездил, без седла. Какое там седло! С седлом только председатель колхоза ездил. А мы так – с уздечкой.
    – А о чем мечтали?
    – Да как все, – пожимает плечами Валериан, – встать на ноги, школу окончить, учиться в техникуме и институте.

Слесарь по профессии
    Валериан всю жизнь был боксером-любителем. Профессиональных бойцов, которые бы посвящали всю свою жизнь спорту, в СССР не было. Поэтому он параллельно работал в обычной чебоксарской автоколонне. Отучившись в школе, он окончил ремесленное училище на слесаря-ремонтника второго разряда. На работу 16-летнего, не самого крепкого и крупного слесаря брать не хотели. «Ну какой же из тебя слесарь», –,сокрушался начальник автоколонны, вспоминает Валериан. Но попросил написать заявление о трудоустройстве. Увидел, что написано без ошибок. Тогда парня отдали на поручи к технику по учету – помогать ему с техникой.
«А какие тогда машины были! – вспоминает Валериан. – Все легендарные. Когда я пришел, то были еще «полуторки» (грузовик ГАЗ-АА, который активно использовался во время Великой Отечественной войны, грузоподъемность машины была 1,5 тонны, отсюда и пошло название. – Прим. Г. Н.), ЗИС-5 были. Даже «Студебекеры» (их поставляли США по ленд-лизу СССР также в годы войны. – Прим. Г. Н.). Последние потом еще долго бегали». Колонна была большая – почти 500 автомобилей.
     Уже позже Валериан дорос до диспетчера по эксплуатации.
    – Но эта работа вредная была для спорта, – вспоминает Валериан.
    – Это как? – не понял я.
    – Посменная была. С пяти утра до двух дня или с двух до восьми вечера. И получается – либо идешь на тренировку не выспавшийся, либо и вовсе не успеваешь на нее.
Впрочем, позже спортивные достижения помогли ему в карьере и на работе – его назначили инструктором по спорту и физической культуре в автоколонне. Купить волейбольную сетку, организовать турнир среди водителей и техников, устроить эстафету на лыжах – это все было по части Валериана. «Мы иногда даже устраивали выезды в лес или на природу с семьями, с детьми. Соревнования, а потом отдых», – вспоминает он.

Карьера в коробке
    – Сейчас покажу весь свой спорт, – заговорщически говорит Валериан, идет в комнату и достает большую картонную коробку. Из нее на диван со звоном сыплются медали.
    – Это все ваше? – удивляемся мы с фотографом.
    – Ну а чье же! Еще кубки есть, но они в гараже. Ставить некуда, – абсолютно без хвастовства говорит Валериан.
    – А будильник где же? – спрашиваю.
    – Да затерялся где-то, – пожимает плечами Валериан.
    – Если считать, то в 1962 году вы пришли в секцию, а в 1968-м – уже олимпийский чемпион.
    – Да, это короткий срок. Пошла удача просто. Первенство Чувашской ССР, первенство «Динамо» по РСФСР, потом всесоюзное первенство «Динамо» в Одессе. Занял там третье место. Приезжаю, тренер спрашивает: «Проиграл?» Я: «Проиграл». Тренер: «Какой бой?» – «Полуфинальный» – «То есть третье место?» – удивился он. А в Чувашии ни у кого такого высокого места не было никогда. Тренер меня тогда вывел к остальным и стал ставить в пример: вот, ребята, надо равняться, – вспоминает Валериан.
    Но самым главным, по его словам, было все же соревнование за будильник. Именно тогда он стал мечтать об Олимпиаде: «Я рвался туда!» Однако поездка могла сорваться. В 1967 году он собирался участвовать в Чемпионате Европы, но его в последний момент не взяли на турнир. Причина была формальной: он не был чемпионом СССР, а без этого на следующий по старшинству турнир не брали. «Было обидно. Но я решил: ах так! Значит, буду больше тренироваться».
    За год до Олимпиады Валериан участвует в IV летней Спартакиаде народов РСФСР, одерживает победу и начинает буквально «золотой» подъем. Сначала он выигрывает турнир «Олимпийские надежды» в Венгрии, а потом отправляется в Армению, в Ленинакан на Чемпионат СССР. Он был для будущей карьеры определяющим. Валериан Соколов одерживает сразу несколько побед подряд и выигрывает этот титул.
    За 20 дней до Олимпиады всех спортсменов из советской делегации отправили в Мехико, чтобы организм успел акклиматизироваться. «Помню, летели на Ту-114 до Гаваны, а там нас пересадили на два Ил-18 и доставили в Мехико». Расчет тренеров оказался верным: спортсменам поначалу пришлось спать по 12–14 часов в сутки, чтобы привыкнуть к горному климату Мехико, который находится на высоте 2 км над уровнем моря.
    Уже во втором бою Валериан легко мог остаться без титула – эквадорец Рафаэль Арчундия пошел в атаку, сбил Соколова и уложил его в нокаут. Только к концу поединка удалось переломить схватку и вырвать победу со счетом 3:2. Но самой тяжелой для него стала полуфинальная схватка с японцем Эйджи Мариока, который почти весь бой находился в обороне, лишь изредка выходя в контратаку. В итоге и его удалось «пробить» – 5:0. В финале же он вышел на угандийца Эридади Муквангу. «Бой остановили во втором раунде после нокдауна. Когда он выдохся, я ему так влупил, что у него не было сил продолжать бой», – вспоминает Валериан. Победу присудили ему. В итоге – золото в легчайшем весе.
    – Часто вспоминаете этот олимпийский поединок?
    – Да нет уже, пережил все. Мы же потом виделись с Муквангу. Он со временем стал поэтом, а мы приезжали в 1973 году в Уганду с дружеским визитом. Вдруг подводят его, говорят: «Узнаешь?» Ну там «привет-привет», подарил мне свою книжку со стихами на английском языке.

Полковник без сомбреро
    В советских журналах любили публиковать олимпийское фото Валериана – он на пьедестале, с «золотом» на груди и в огромном сомбреро.
    – Его тоже уже не осталось, – говорит он.
    – А почему?
    – Да мы как-то оставили дома с женой собаку надолго. А она сорвала сомбреро со стены и порвала, вот так сильно обиделась. Но ничего, я спустя 40 лет, в 2008 году, ездил в Мексику, купил себе новое сомбреро, не удержался.
    На следующую Олимпиаду, в Мюнхене в 1972 году, Валериан уже попасть не смог: не прошел отборочные соревнования. «Конечно, обидно было. Я до сих пор уверен, что там была судейская ошибка». Через год Валериан заканчивает карьеру – в 1973 году он одерживает победу на последнем чемпионате СССР. В итоге за его плечами четырехкратное чемпионство Советского Союза, 216 боев, 196 побед.
    – Не было обидно, что карьеру закончили рано, в 29 лет?
    – Первое время, конечно, огорчался. Но мне многие неоднократно говорили: «Сейчас ты на Олимпе. А чем будешь заниматься, когда закончится спорт? Ну, будешь тренером работать. А еще?»
    Валериана призывают в армию, где он достаточно быстро начинает участвовать в соревнованиях, а потом решает и вовсе поступить в адъюнктуру и стать преподавателем. Поступает в Ленинград, в Институт военной физкультуры. Подает заявление на поступление по совету Виктора Плахтиенко, занимавшегося исследованиями подготовки боксеров. В научные руководители ему достался Виктор Клухин. «Полковник, красавец, в морской форме ходил. Он мне давал сплошные задания – вот тебе сделать то-то, и это, и это. Он рассказывал, как реферат написать, как к экзаменам подготовиться. Зачем он это делал? Кто он мне? Не сват и не брат. А занимался со мной», – говорит Валериан.
    Защита диссертации, по словам Валериана Соколова, для него стала гораздо важнее олимпийской медали. «Я так фанатично к этому готовился – с утра до ночи занимался, в публичную библиотеку ходил, на кафедре учил. Начальник кафедры был такой строгий, дисциплины требовал. Иногда давал мне проводить занятия. Это в мои обязанности не входило, но как практика – неплохо», – вспоминает он.
    После защиты Валериан возвращается в Москву и здесь встречает свою вторую жену. Познакомились через друга: «И я, молодой лейтенант, красавец, орел. Тамара – товаровед в Фармторге. Встречал ее, забирал после работы. Поженились, родился сын – Виктор», – хвастается Валериан. От первого брака у него уже была дочь. В жизни молодого женатого лейтенанта (сейчас по выслуге лет Валериан полковник. – Прим. Г. Н.) начались размеренные будни – попал в ЦСКА старшим инструктором-методистом высшей категории, возглавлял СДЮШОР. Потом стал главным тренером Вооруженных сил по боксу. То есть все солдаты-срочники, которые умели неплохо боксировать, попадали к Валериану. Возни – как с обычными новобранцами: кто-то заниматься не хотел, кто-то в самоволку уходил. «С такими разговор был короткий: отправляешь обратно с учебного сбора в воинскую часть. А там офицеры: «Вот, тебе создавали условия, а ты не хотел заниматься». И ему наряды вне очереди без конца. Через месяц сам звонит: «Валериан Сергеевич, заберите на учебный сбор, заниматься хочу».
– Вы были строгим военным? – спрашиваю я.
– Строгим и принципиальным. Как ко мне относились, так и я. На одном разговоре и обещаниях не всегда получается выстроить взаимоотношения.

Четыре года на экваторе
    В 1986 году Валериану Соколову, как главному тренеру ВС, предлагают поехать в командировку на Мадагаскар в качестве советника-консультанта по развитию физкультуры и спорта.
    – Олимпийского чемпиона – и на Мадагаскар? Неужели не было более ценно оставить вас в Москве?
    – Так меня не случайно же отправили – надо было показать: «Смотрите, кого посылаем! Самых лучших!»
    На Мадагаскар Валериан поехал уже с семьей – женой и маленьким сыном Виктором. «Там, конечно, нужно было очень тщательно следить за гигиеной. Мы все мыли с хозяйственным мылом, вешали двойную сетку на окна, а над кроваткой с ребенком еще одну от малярийных комаров», – вспоминает жена Валериана Тамара.
    Там, на острове, они провели четыре года. Компания попалась интернациональная: русские, местные, французы. Однажды сотруднице, приехавшей из СССР, нужно было рожать. «Так врач был француз, медсестра – местная, а переводчик – наш», – вспоминает Тамара. Ребенок учился в школе при посольстве, туда же все – военные, спортсмены, геологи – ходили на танцы, фильмы. Основная задача – он был консультантом армии. Ездил по военным частям, составлял планы физподготовки военных. Кроме основных обязанностей оставалось время и на дополнительные занятия. «Однажды увидел, как в одном местном зале дерутся местные – решил помочь им в подготовке. Обратился в Минобороны страны, предложил свои услуги по консультированию занятий боксом. Там с радостью отреагировали: пожалуйста, это давно надо было сделать», – рассказывает Валериан. «Там было хорошо – лето круглый год. Народ очень бедный, но доброжелательный. Правда, часто деньги просят, милостыню, могут обидеться, если не дашь», – вспоминают Тамара и ее муж.
С Мадагаскара за четыре года он выезжал нечасто: в Болгарию на соревнования да в Москву. Домой Валериан поехал в отпуск, он пришелся как раз на зиму, взял с собой сына. «Вите тогда было лет шесть. И вот мы идем по снежной Москве, а он постоянно – брык и падает, пройдет с десяток шагов – брык и падает. «Пап, а что это я все время падаю?» – не удержался тогда Витя. А он же привык на Мадагаскаре по асфальту ходить, вот и отвык от сугробов», – с улыбкой вспоминает Валериан.
Окончательно в снежную Москву Валериан с семьей вернулся в начале 1990-х. Уже вовсю шла перестройка. «Москва совсем другой стала. Люди поменялись, дефицит был в самом разгаре. Встречался с друзьями, они мне говорили: ты в Союзе не был четыре года, а отстал от жизни на десять лет», – вспоминают супруги.

На улице имени себя
К спортивной карьере Валериан так и не вернулся. Ушел из Минобороны, пробовал, как и все, заняться бизнесом. Не вышло, проработал гостренером по боксу, потом в федеральном агентстве по спорту, участвовал в нескольких олимпийских российских делегациях.
В Чебоксары он ездит теперь нечасто. «Конечно, поначалу меня туда очень сильно тянуло. А потом отец умер, братья-сестры разъехались, да и отлегло как-то». Его иногда зовут провести встречу с молодежью или принять участие в мероприятиях. Но последний раз он приезжал в Чувашию в 2013 году – на годовщину смерти сестры. В 2006 году в честь Валериана назвали местную спортивную школу и улицу.
– И вы бывали на улице своего имени?
– Конечно. У меня товарищ есть, мы когда-то вместе боксом занимались. И он живет на этой улице.
– А в спортивной школе?
– Раза три даже. Но занятия не проводил, рассказывал – как я дожил до такой жизни. Просто на вопросы отвечал. И парни молодые спрашивали: «Как вы этого достигли?» – «Да как – упорством!» – отвечал им. «Под лежачий камень портвейн не течет. Ничего просто так не дается», – подводит итог Валериан.
Сейчас он уже год как на пенсии. Дети выросли, награды все завоеваны.
– Какие цели, что запланировали? – интересуюсь я.
– Да все просто – дом строим. Надо еще террасу сделать да баньку поставить.

Цитата:
«У меня имя – русское, фамилия – русская. Но по национальности – чуваш. Как так? Да мы же православные тоже. Вот я родился в чувашской деревне Шихобылово. От нашей деревни в четырех километрах стоит русская деревня. Как вы думаете, они чем-то различаются? Почти ничем. Разве что сейчас стараются возродить традиции – проводить культурные организации, петь песни чувашские, одежду традиционную носят».

«В 2006 году моим именем, на Родине, в Чебоксарах, назвали спортивную школу. Я занятий там не проводил, но рассказывать приезжал – как я дожил до такой жизни. И парни молодые спрашивали: «У вас олимпийская медаль, а как вы этого достигли?» – «Да как – упорством! Под лежачий камень портвейн не течет. Ничего просто так не дается».

Фото Татьяна Корчагиной